Не, совсем в детство – пожалуй, воздержусь. )))
Ща…
«Первые месяцы я провел, болтаясь по царствию небесному, заводя друзей и осматривая окрестности, и наконец поселился в довольно подходящем уголке, чтоб отдохнуть, перед тем как взяться за какое-нибудь дело. Но и там я продолжал заводить знакомства и собирать информацию. Я подолгу беседовал со старым лысым ангелом, которого звали Сэнди Мак-Уильямс. Он был родом откуда-то из Нью-Джерси. Мы проводили вместе много времени. В теплый денек, после обеда, ляжем, бывало, на пригорке под тенью скалы, – курим трубки и разговариваем про всякое. Однажды я спросил его:
– Сэнди, сколько тебе лет?
– Семьдесят два.
– Так я и думал. Сколько же ты лет в раю?
– На рождество будет двадцать семь.
– А сколько тебе было, когда ты вознесся?
– То есть как? Семьдесят два, конечно.
– Ты шутишь?
– Почему шучу?
– Потому что, если тогда тебе было семьдесят два, то, значит, теперь тебе девяносто девять.
– Ничего подобного! Я остался в том же возрасте, в каком сюда явился.
– Вот как! – говорю я. – Кстати, чтоб не забыть, у меня есть к тебе вопрос. Внизу, на земле, я всегда полагал, что в раю мы все будем молодыми, подвижными, веселыми.
– Что ж, если тебе этого хочется, можешь стать молодым. Нужно только пожелать.
– Почему же у тебя не было такого желания?
– Было. У всех бывает. Ты тоже, надо полагать, когда-нибудь попробуешь; но только тебе это скоро надоест.
– Почему?
– Сейчас я тебе объясню. Вот ты всегда был моряком; а каким-нибудь другим делом ты пробовал заниматься?
– Да. Одно время я держал бакалейную лавку на приисках; но это было не по мне, слишком скучно – ни волнения, ни штормов – словом, никакой жизни. Мне казалось, что я наполовину живой, а наполовину мертвый. А я хотел быть или совсем живым, или совсем уж мертвым. Я быстро избавился от лавки и опять ушел в море.
– То-то и оно. Лавочникам такая жизнь нравится, а тебе она не пришлась по вкусу. Оттого, что ты к ней не привык. Ну, а я не привык быть молодым, и мне молодость была ни к чему. Я превратился в крепкого кудрявого красавца, а крылья – крылья у меня стали как у мотылька! Я ходил с парнями на пикники, на танцы, вечеринки, пробовал ухаживать за девушками и болтать с ними разный вздор; но все это было напрасно – я чувствовал себя не в своей тарелке, скажу больше – мне это просто осточертело. Чего мне хотелось, так это рано ложиться и рано вставать, и иметь какое-нибудь занятие, и чтобы после работы можно было спокойно сидеть, курить и думать, а не колобродить с оравой пустоголовых мальчишек и девчонок. Ты себе не представляешь, до чего я исстрадался, пока был молодым.
– Сколько времени ты был молодым?
– Всего две недели. Этого мне хватило с избытком. Ох, каким одиноким я себя чувствовал! Понимаешь, после того как я семьдесят два года копил опыт и знания, самые серьезные вопросы, занимавшие этих юнцов, казались мне простыми, как азбука. А слушать их споры – право, это было бы смешно, если б не было так печально! Я до того соскучился по привычному солидному поведению и трезвым речам, что начал примазываться к старикам, но они меня не принимали в свою компанию. По-ихнему, я был никчемный молокосос и выскочка. Двух недель с меня вполне хватило. Я с превеликой радостью вновь облысел и стал курить трубку и дремать, как бывало, под тенью дерева или утеса.
– Позволь, – перебил я, – ты хочешь сказать, что тебе будет вечно семьдесят два года?
– Не знаю, и меня это не интересует. Но в одном я уверен: двадцатипятилетним я уж ни за что не сделаюсь. У меня теперь знаний куда больше, чем двадцать семь лет тому назад, и узнавать новое доставляет мне радость, однако же я как будто не старею. То есть я не старею телом, а ум мой становится старше, делается более крепким, зрелым и служит мне лучше, чем прежде.
Я спросил:
– Если человек приходит сюда девяностолетним, неужели он не переводит стрелку назад?
– Как же, обязательно. Сначала он ставит стрелку на четырнадцать лет. Походит немножко в таком виде, почувствует себя дурак дураком и переведет на двадцать, – но и это не лучше; он пробует тридцать, пятьдесят, восемьдесят, наконец девяносто – и убеждается, что лучше и удобнее всего ему в том возрасте, к которому он наиболее привык. Правда, если разум его начал сдавать, когда ему на земле перевалило за восемьдесят, то он останавливается на этой цифре. Каждый выбирает тот возраст, в котором ум его был всего острее, потому что именно тогда ему было приятнее всего жить и вкусы, и привычки его стали устойчивыми.
– Ну, а если человеку двадцать пять лет, он остается навсегда в этом возрасте, не меняясь даже по внешнему виду?
– Если он глупец, то да. Но если он умен, предприимчив и трудолюбив, то приобретенные им знания и опыт меняют его привычки, мысли и вкусы, и его уже тянет в общество людей постарше возрастом; тогда он дает своему телу постареть на столько лет, сколько надо, чтобы чувствовать себя на месте в новой среде. Так он все время совершенствуется и соответственно меняет свой облик, и в конце концов внешне он будет морщинистый и лысый, а внутренне – проницательный и мудрый.
– А как же новорожденные?
– И они так же. Скажи, не идиотские ли представления были у нас на земле касательно всего этого! Мы говорили, что на небе будем вечно юными. Мы не говорили, сколько нам будет лет, над этим мы, пожалуй, не задумывались, во всяком случае, не у всех были одинаковые мысли. Когда мне было семь лет, я, наверное, думал, что на небе всем будет двенадцать; когда мне исполнилось двенадцать, я, наверное, думал, что на небе всем людям восемнадцать или двадцать; в сорок я повернул назад: помню, я тогда надеялся, что в раю всем будет лет по тридцать. Ни взрослый, ни ребенок никогда не считают свой собственный возраст самым лучшим – каждому хочется быть или на несколько лет старше, или на несколько лет моложе, и каждый уверяет, что в этом полюбившемся ему возрасте пребывают все райские жители. Притом каждый хочет, чтобы люди в раю всегда оставались в таком возрасте, не двигаясь с места, да еще получали от этого удовольствие! Ты только представь себе – застыть на месте в раю! Вообрази, какой это был бы рай, если бы его населяли одни семилетние щенки, которые только бы и делали, что катали обручи и играли в камешки! Или неуклюжие, робкие, сентиментальные недоделки девятнадцати лет! Или же только тридцатилетние – здоровые, честолюбивые люди, но прикованные, как несчастные рабы на галерах, к этому возрасту со всеми его недостатками! Подумай, каким унылым и однообразным было бы общество, состоящее из людей одних лет, с одинаковой наружностью, одинаковыми привычками, вкусами, чувствами! Подумай, насколько лучше такого рая оказалась бы земля с ее пестрой смесью типов, лиц и возрастов, с живительной борьбой бесчисленных интересов, не без приятности сталкивающихся в таком разнообразном обществе!».
Марк Твен, «Путешествие капитана Стормфилда в рай».
И хотелось бы обратить Ваше внимание на два самых главных библейских постулата:
«Всякая душа да будет покорна высшим властям, ибо нет власти не от Бога; существующие же власти от Бога установлены. Посему противящийся власти противится Божию установлению. А противящиеся сами навлекут на себя осуждение» (Рим.,13:1-2)
и
«Итак будьте покорны всякому человеческому начальству, для Господа: царю ли, как верховной власти, правителям ли, как от него посылаемым» (1-е Пет., 2:13-14).
Поэтому обязательная уплата назначенных властью налогов – дело богоугодное и правильное… с точки зрения христианской религии, разумеется.
1.
«Мы русские и с нами Бог...».
Какого именно бога Вы имеете в виду?
Того, об котором иудейский сказочный персонаж Исайя говорил:
«Враждуйте, народы, но трепещите, и внимайте, все отдаленные земли! Вооружайтесь, но трепещите; вооружайтесь, но трепещите! Замышляйте замыслы, но они рушатся; говорите слово, но оно не состоится: ибо с нами Бог!» (Ис., 8:9-10)?
Или древних римских легионеров, шедших в бой под крик «Nobiscum Deus» («с нами бог!» на латыни)?
Вон, немецко-фашистские солдаты тоже носили на своих ременных пряжках аналогичный лозунг, только на немецком языке: «Gott mit uns»…
2.,
вытекающий из первого:
«Мы русские и с нами Бог»
и
«Мы не рабы
И потому — нас Боги равными считают» — Все-таки, бох – один, или их несколько?
3. «Там Рюрик и его друзья,
Создатели — нашей державы».
Т.н. «Нормандская теория» происхождения Руси была выдумана тремя иностранцами, находившимися на русской службе – Байером, Миллером и Шлецером с одной единственной целью – доказать расовую неполноценность древних славян, их социальную несостоятельность и т.д., и т.п.
(К слову сказать, Миллер и Шлецер внесли свой весьма значимый вклад в русские летописи: все, непонравившиеся им они просто-напросто уничтожали).
Нормандская теория, как и сами ее создатели были подвержены справедливой научной критике Михаила Васильевича Ломоносова, который легко и просто доказал всю несостоятельность как самой теории, так и ее авторов.
Однако, спекуляции на тему продолжаются до сих пор.
)))
P.S.
Библейский город носил название «Содом», а не «Садом». )))
Стукач – всегда трус.
Любое удаление чужого на сайте с.ру говорит всего лишь о том, что гражданин, способствовавший удалению, до усрачки боится того, чей текст он уничтожил.
Тоже самое касается и грохнутых авторских страничек – всему виной животный страх таракана перед тапочкой.
Не, не знаю… Подавляющее большинство барышень, все-таки, очень консервативны: вдвоем на одного — значит, вдвоем на одного, но чтобы безо всяких там слишком аморальных извращений.
Собственно, когда Вшиво-липцы грохнули мою страничку вот за этот текст: adonaevich.narod.ru/index/o_parodijakh_ili_grisho_lipec_paradist/0-71
Я не сильно-то огорчился: мы с ребятами и девчатами быстро создали сайт «Чужая Лена и ее друзья», где активно, на протяжении ряда лет, стебали срушный кагал.
Потом родился Домик…
Единственное, за что было обидно: вместе с моей страничкой были уничтожены мегатонны великолепных отзывов — стукачи, горя местью, совершенно не подумали о сотнях авторов, чьи творчество они аннигилировали.
Вот оно – очередное доказательство тому, что за никами «Пуканов» и «Хуйсельникова» скрывается один человек, или группа людей, объединенная общим мотивом.
Вполне возможно, что они – оба-два – порождение кого-то из приближенных Крафт-Чука, и были созданы, чтобы мутить воду на сайте с.ру: басовитый гей когда-то практиковал подобные штучки.
А ты – молодец. Нормально так держался… )))
Пока оне все не удалили. )))
А таки Викто́р прав.
До шовинизма, как такового, Монике, конечно, далеко, но то, что, живя среди татар и башкир, оно их ненавидит – это факт.
Помимо всего прочего, помнится, с каким остервенением пани верещало об том, что Александр Матросов – не башкир и даже грозилось какой-то статьей из своего газетного мусора, но так ее и не привело.
Мне, собственно, абсолютно фиолетово, кем по национальности был Матросов, но у Моники – оно свербит в обязательном порядке.
Поехали далее.
Если бы автором данного перла был бы (прости, хоспидя!), ты, Витя, или даже я – то оно и воспринималось совсем по-другому, именно, как стеб.
Но пани сочиняло его на полном серьезе, безо всякого даже намека на забавную ситуацию.
У Ковской – если башкир, значит, обязательно «ярый, дикого вида», который
«с толстой палкой по берегу скачет» (хотя люди скакать не могут – они не лошади), и непременно «сын Салавата», потому что у многих башкир такая мулька – считать себя потомками Салавата Юлаева. Но это личное дело башкир, злая ирония здесь совсем неуместна.
Если сравнить стехотворную и прозаическую часть, сочиненного пани, то мы столкнемся со многими расхождениями:
В стехотворной – пани голая плывет по реке, а по берегу с палкой бегает башкирин и ругается.
Как башкирин смог разглядеть, что тушка Ковской, погруженная в воду – без купальника — ХЗ.
Т.е., причина того, почему башкирин ругался – более чем туманна.
Зато в прозаическом изложении все выглядит совсем по-другому:
башкирин («это герой», ага), привез свою девушку на берег реки, чтобы отдохнуть и почпокаться на лоне природы (привез обязательно «на мотороллере 60-х, как [ему] показалось, годов выпуска». Ну, еще бы! На каком другом мотороллере может привезти свою девушку ненавистный пани башкирин? – только на шестидесятых годов выпуска – ну, дык), и только они, значится, расположились, как из кустов «на них» вылезает обнаженное нудисто-Моника, которое утверждает нам, что она-де, не эксбиционист.
Спрашивается: на хуя он тогда вылез прямо на отдыхающую парочку, хотя, как нормальный человек, постарался бы этого избежать?
Просто так, что ли? Конечно, нет – чтобы мудями перед ними потрясти, особенно перед барышней.
Ну и получил по шапке.
Остается еще добавить, что пани когда-то публиковало свои стишонки на каком-то порносайте (сей факт, вкупе с соответствующей ссылкой, задокументирован где-то среди отзывов Домика), поэтому ее автобиографичное повествование много чего объясняет.
P.S.
В детстве мы часто купались голыми, чтобы сохранить трусы в сухости, дабы матушки не ругались – они запрещали нам близко подходить к воде, чтобы мы не утонули. (Хотя на рыбалку отпускали спокойно. Вот, поле нее мы и того-с – пускались в заплыв).
А сколько раз мне лично, уже в зрелом возрасте, приходилось форсировать реки обнаженным, держа над головой рыболовный или охотничьей скарб? – миллион, не меньше. Или нырять за блеснами?.. Ну, не в трусах же. )))
Бывало, и лодкой воды зачерпывали, тогда приставали к берегу, разводили костер, сушили имущество, а сами расхаживали голыми, аки дикари.
Но никогда, ни у меня, ни у кого из моих друзей-приятелей-знакомых, не возникало даже тени мысли умышленно «выскочить» голыми на людей, а тем более – на влюбленную парочку.
Но тут имеется другой нюанс: автор «Светлана Владимировна Чуйкова
г.Санкт-Петербург», которая «благодарит портал стихиру» за то, что ей «была предоставлена возможность в течении 4-х лет участвовать в поэтической жизни сайта», на поверку оказалась лепшим корешом того самого косоглазого алкоголика – мега-стукача Аурова-старшего, через которого Вшивая и липец делали свои темные дела – уничтожали неугодных.
Воистину, посмотри: кто чей «друг», и сразу поймешь: что можно ждать от человека.
«Смешон» и «Смешной» — суть две разные разницы.
Пуканов — смешон.
Таких даже в КВН не берут.
Зато того, кто скрывается под пукановской маской можно отправить в зоопарк, Пусть он там, в клетке, вымещает свою злобу на людей.
Эпиграфы:
1. …А яростного гада
Долой из Петрограда:
Пусть едет к своим крокодильчикам!
Он вскочил в аэроплан,
Полетел, как ураган,
И ни разу назад не оглядывался,
И домчался стрелой
До сторонки родной,
На которой написано: «Африка».
Чуковский, «Крокодил».
2.
Братья Жемчужные, Евгений Маслов «По Питеру ходила большая крокодила»: Your text to link...
***
Непонятно: как бедняга –
Ленинградский крокодил
Оказался вдруг в столице,
Видно, выпил до хрена.
Потому что, всем известно:
В нашей доблестной Москве
И в ближайшем Подмосковье
Крокодилы не живут.
Их в совхозах разводили,
(Сам Чубайс благословил!).
Нифига не получилось –
Все подохли, кака дин.
То ли дело в Ленинграде –
Крокодилам хорошо:
Вдоль по Питерской гуляют
И никто их собьет.
)))
Цыган Чаплин тоже зажег по теме марша Чернецкого «Дни нашей жизни»:
Поэтому авторы с.ру и п.ру для него – расходный материал.
)))
)))
Ща…
«Первые месяцы я провел, болтаясь по царствию небесному, заводя друзей и осматривая окрестности, и наконец поселился в довольно подходящем уголке, чтоб отдохнуть, перед тем как взяться за какое-нибудь дело. Но и там я продолжал заводить знакомства и собирать информацию. Я подолгу беседовал со старым лысым ангелом, которого звали Сэнди Мак-Уильямс. Он был родом откуда-то из Нью-Джерси. Мы проводили вместе много времени. В теплый денек, после обеда, ляжем, бывало, на пригорке под тенью скалы, – курим трубки и разговариваем про всякое. Однажды я спросил его:
– Сэнди, сколько тебе лет?
– Семьдесят два.
– Так я и думал. Сколько же ты лет в раю?
– На рождество будет двадцать семь.
– А сколько тебе было, когда ты вознесся?
– То есть как? Семьдесят два, конечно.
– Ты шутишь?
– Почему шучу?
– Потому что, если тогда тебе было семьдесят два, то, значит, теперь тебе девяносто девять.
– Ничего подобного! Я остался в том же возрасте, в каком сюда явился.
– Вот как! – говорю я. – Кстати, чтоб не забыть, у меня есть к тебе вопрос. Внизу, на земле, я всегда полагал, что в раю мы все будем молодыми, подвижными, веселыми.
– Что ж, если тебе этого хочется, можешь стать молодым. Нужно только пожелать.
– Почему же у тебя не было такого желания?
– Было. У всех бывает. Ты тоже, надо полагать, когда-нибудь попробуешь; но только тебе это скоро надоест.
– Почему?
– Сейчас я тебе объясню. Вот ты всегда был моряком; а каким-нибудь другим делом ты пробовал заниматься?
– Да. Одно время я держал бакалейную лавку на приисках; но это было не по мне, слишком скучно – ни волнения, ни штормов – словом, никакой жизни. Мне казалось, что я наполовину живой, а наполовину мертвый. А я хотел быть или совсем живым, или совсем уж мертвым. Я быстро избавился от лавки и опять ушел в море.
– То-то и оно. Лавочникам такая жизнь нравится, а тебе она не пришлась по вкусу. Оттого, что ты к ней не привык. Ну, а я не привык быть молодым, и мне молодость была ни к чему. Я превратился в крепкого кудрявого красавца, а крылья – крылья у меня стали как у мотылька! Я ходил с парнями на пикники, на танцы, вечеринки, пробовал ухаживать за девушками и болтать с ними разный вздор; но все это было напрасно – я чувствовал себя не в своей тарелке, скажу больше – мне это просто осточертело. Чего мне хотелось, так это рано ложиться и рано вставать, и иметь какое-нибудь занятие, и чтобы после работы можно было спокойно сидеть, курить и думать, а не колобродить с оравой пустоголовых мальчишек и девчонок. Ты себе не представляешь, до чего я исстрадался, пока был молодым.
– Сколько времени ты был молодым?
– Всего две недели. Этого мне хватило с избытком. Ох, каким одиноким я себя чувствовал! Понимаешь, после того как я семьдесят два года копил опыт и знания, самые серьезные вопросы, занимавшие этих юнцов, казались мне простыми, как азбука. А слушать их споры – право, это было бы смешно, если б не было так печально! Я до того соскучился по привычному солидному поведению и трезвым речам, что начал примазываться к старикам, но они меня не принимали в свою компанию. По-ихнему, я был никчемный молокосос и выскочка. Двух недель с меня вполне хватило. Я с превеликой радостью вновь облысел и стал курить трубку и дремать, как бывало, под тенью дерева или утеса.
– Позволь, – перебил я, – ты хочешь сказать, что тебе будет вечно семьдесят два года?
– Не знаю, и меня это не интересует. Но в одном я уверен: двадцатипятилетним я уж ни за что не сделаюсь. У меня теперь знаний куда больше, чем двадцать семь лет тому назад, и узнавать новое доставляет мне радость, однако же я как будто не старею. То есть я не старею телом, а ум мой становится старше, делается более крепким, зрелым и служит мне лучше, чем прежде.
Я спросил:
– Если человек приходит сюда девяностолетним, неужели он не переводит стрелку назад?
– Как же, обязательно. Сначала он ставит стрелку на четырнадцать лет. Походит немножко в таком виде, почувствует себя дурак дураком и переведет на двадцать, – но и это не лучше; он пробует тридцать, пятьдесят, восемьдесят, наконец девяносто – и убеждается, что лучше и удобнее всего ему в том возрасте, к которому он наиболее привык. Правда, если разум его начал сдавать, когда ему на земле перевалило за восемьдесят, то он останавливается на этой цифре. Каждый выбирает тот возраст, в котором ум его был всего острее, потому что именно тогда ему было приятнее всего жить и вкусы, и привычки его стали устойчивыми.
– Ну, а если человеку двадцать пять лет, он остается навсегда в этом возрасте, не меняясь даже по внешнему виду?
– Если он глупец, то да. Но если он умен, предприимчив и трудолюбив, то приобретенные им знания и опыт меняют его привычки, мысли и вкусы, и его уже тянет в общество людей постарше возрастом; тогда он дает своему телу постареть на столько лет, сколько надо, чтобы чувствовать себя на месте в новой среде. Так он все время совершенствуется и соответственно меняет свой облик, и в конце концов внешне он будет морщинистый и лысый, а внутренне – проницательный и мудрый.
– А как же новорожденные?
– И они так же. Скажи, не идиотские ли представления были у нас на земле касательно всего этого! Мы говорили, что на небе будем вечно юными. Мы не говорили, сколько нам будет лет, над этим мы, пожалуй, не задумывались, во всяком случае, не у всех были одинаковые мысли. Когда мне было семь лет, я, наверное, думал, что на небе всем будет двенадцать; когда мне исполнилось двенадцать, я, наверное, думал, что на небе всем людям восемнадцать или двадцать; в сорок я повернул назад: помню, я тогда надеялся, что в раю всем будет лет по тридцать. Ни взрослый, ни ребенок никогда не считают свой собственный возраст самым лучшим – каждому хочется быть или на несколько лет старше, или на несколько лет моложе, и каждый уверяет, что в этом полюбившемся ему возрасте пребывают все райские жители. Притом каждый хочет, чтобы люди в раю всегда оставались в таком возрасте, не двигаясь с места, да еще получали от этого удовольствие! Ты только представь себе – застыть на месте в раю! Вообрази, какой это был бы рай, если бы его населяли одни семилетние щенки, которые только бы и делали, что катали обручи и играли в камешки! Или неуклюжие, робкие, сентиментальные недоделки девятнадцати лет! Или же только тридцатилетние – здоровые, честолюбивые люди, но прикованные, как несчастные рабы на галерах, к этому возрасту со всеми его недостатками! Подумай, каким унылым и однообразным было бы общество, состоящее из людей одних лет, с одинаковой наружностью, одинаковыми привычками, вкусами, чувствами! Подумай, насколько лучше такого рая оказалась бы земля с ее пестрой смесью типов, лиц и возрастов, с живительной борьбой бесчисленных интересов, не без приятности сталкивающихся в таком разнообразном обществе!».
Марк Твен, «Путешествие капитана Стормфилда в рай».
И хотелось бы обратить Ваше внимание на два самых главных библейских постулата:
«Всякая душа да будет покорна высшим властям, ибо нет власти не от Бога; существующие же власти от Бога установлены. Посему противящийся власти противится Божию установлению. А противящиеся сами навлекут на себя осуждение» (Рим.,13:1-2)
и
«Итак будьте покорны всякому человеческому начальству, для Господа: царю ли, как верховной власти, правителям ли, как от него посылаемым» (1-е Пет., 2:13-14).
Поэтому обязательная уплата назначенных властью налогов – дело богоугодное и правильное… с точки зрения христианской религии, разумеется.
)))
1.
«Мы русские и с нами Бог...».
Какого именно бога Вы имеете в виду?
Того, об котором иудейский сказочный персонаж Исайя говорил:
«Враждуйте, народы, но трепещите, и внимайте, все отдаленные земли! Вооружайтесь, но трепещите; вооружайтесь, но трепещите! Замышляйте замыслы, но они рушатся; говорите слово, но оно не состоится: ибо с нами Бог!» (Ис., 8:9-10)?
Или древних римских легионеров, шедших в бой под крик «Nobiscum Deus» («с нами бог!» на латыни)?
Вон, немецко-фашистские солдаты тоже носили на своих ременных пряжках аналогичный лозунг, только на немецком языке: «Gott mit uns»…
2.,
вытекающий из первого:
«Мы русские и с нами Бог»
и
«Мы не рабы
И потому — нас Боги равными считают» — Все-таки, бох – один, или их несколько?
3. «Там Рюрик и его друзья,
Создатели — нашей державы».
Т.н. «Нормандская теория» происхождения Руси была выдумана тремя иностранцами, находившимися на русской службе – Байером, Миллером и Шлецером с одной единственной целью – доказать расовую неполноценность древних славян, их социальную несостоятельность и т.д., и т.п.
(К слову сказать, Миллер и Шлецер внесли свой весьма значимый вклад в русские летописи: все, непонравившиеся им они просто-напросто уничтожали).
Нормандская теория, как и сами ее создатели были подвержены справедливой научной критике Михаила Васильевича Ломоносова, который легко и просто доказал всю несостоятельность как самой теории, так и ее авторов.
Однако, спекуляции на тему продолжаются до сих пор.
)))
P.S.
Библейский город носил название «Содом», а не «Садом». )))
Любое удаление чужого на сайте с.ру говорит всего лишь о том, что гражданин, способствовавший удалению, до усрачки боится того, чей текст он уничтожил.
Тоже самое касается и грохнутых авторских страничек – всему виной животный страх таракана перед тапочкой.
)))
)))
"Только вместе мы сможем вывести эту мразь на чистую воду…"
Дык:
domstihov.org/steb/2019/12/17/tuganselnikova-treniruetsya-na-koshkah.html#comment24024
В случае со срушными стукачами-прохиндеями, их «лучше бить на своей территории»©.
Одна беда: они, по причине присущего им патологического страха, никогда не придут к нам, чтобы ответить за свои преступления, ведь единственное место, где они чувствуют себя в полной безнаказанности и спокойствии — это сайт с.ру.
Вам понравилась эта вывеска:
?
А ведь ни один человек, считающий себя поэтом, не способен приложить руку к ее созданию — менталитет не позволит.
)))
adonaevich.narod.ru/index/o_parodijakh_ili_grisho_lipec_paradist/0-71
Я не сильно-то огорчился: мы с ребятами и девчатами быстро создали сайт «Чужая Лена и ее друзья», где активно, на протяжении ряда лет, стебали срушный кагал.
Потом родился Домик…
Единственное, за что было обидно: вместе с моей страничкой были уничтожены мегатонны великолепных отзывов — стукачи, горя местью, совершенно не подумали о сотнях авторов, чьи творчество они аннигилировали.
Интернет — это да. Был бы он у Спартака — и хана Риму пришла гораздо раньше, нежели чем она произошла в действительности.
)))
)))
Вот оно – очередное доказательство тому, что за никами «Пуканов» и «Хуйсельникова» скрывается один человек, или группа людей, объединенная общим мотивом.
Вполне возможно, что они – оба-два – порождение кого-то из приближенных Крафт-Чука, и были созданы, чтобы мутить воду на сайте с.ру: басовитый гей когда-то практиковал подобные штучки.
А ты – молодец. Нормально так держался… )))
Пока оне все не удалили. )))
А с чего это?
Заметь, что «критиками и литературоведами» они жаждут быть только в лоне чуждых им культур, выживая при этом критиков и литературоведов – представителей коренного населения.
В этом году, в октябре, скончался замечательный русский писатель Иван Дроздов:
ivandrozdov.com/
Более чем рекомендую тебе познакомиться с его творчеством и, начать, пожалуй, следует с книг
«Оккупация»:
Your text to link...
и
«Последний Иван»
Your text to link...
Поди, плохо?
)))
Your text to link...
)))
До шовинизма, как такового, Монике, конечно, далеко, но то, что, живя среди татар и башкир, оно их ненавидит – это факт.
Помимо всего прочего, помнится, с каким остервенением пани верещало об том, что Александр Матросов – не башкир и даже грозилось какой-то статьей из своего газетного мусора, но так ее и не привело.
Мне, собственно, абсолютно фиолетово, кем по национальности был Матросов, но у Моники – оно свербит в обязательном порядке.
Поехали далее.
Если бы автором данного перла был бы (прости, хоспидя!), ты, Витя, или даже я – то оно и воспринималось совсем по-другому, именно, как стеб.
Но пани сочиняло его на полном серьезе, безо всякого даже намека на забавную ситуацию.
У Ковской – если башкир, значит, обязательно «ярый, дикого вида», который
«с толстой палкой по берегу скачет» (хотя люди скакать не могут – они не лошади), и непременно «сын Салавата», потому что у многих башкир такая мулька – считать себя потомками Салавата Юлаева. Но это личное дело башкир, злая ирония здесь совсем неуместна.
Если сравнить стехотворную и прозаическую часть, сочиненного пани, то мы столкнемся со многими расхождениями:
В стехотворной – пани голая плывет по реке, а по берегу с палкой бегает башкирин и ругается.
Как башкирин смог разглядеть, что тушка Ковской, погруженная в воду – без купальника — ХЗ.
Т.е., причина того, почему башкирин ругался – более чем туманна.
Зато в прозаическом изложении все выглядит совсем по-другому:
башкирин («это герой», ага), привез свою девушку на берег реки, чтобы отдохнуть и почпокаться на лоне природы (привез обязательно «на мотороллере 60-х, как [ему] показалось, годов выпуска». Ну, еще бы! На каком другом мотороллере может привезти свою девушку ненавистный пани башкирин? – только на шестидесятых годов выпуска – ну, дык), и только они, значится, расположились, как из кустов «на них» вылезает обнаженное нудисто-Моника, которое утверждает нам, что она-де, не эксбиционист.
Спрашивается: на хуя он тогда вылез прямо на отдыхающую парочку, хотя, как нормальный человек, постарался бы этого избежать?
Просто так, что ли? Конечно, нет – чтобы мудями перед ними потрясти, особенно перед барышней.
Ну и получил по шапке.
Остается еще добавить, что пани когда-то публиковало свои стишонки на каком-то порносайте (сей факт, вкупе с соответствующей ссылкой, задокументирован где-то среди отзывов Домика), поэтому ее автобиографичное повествование много чего объясняет.
P.S.
В детстве мы часто купались голыми, чтобы сохранить трусы в сухости, дабы матушки не ругались – они запрещали нам близко подходить к воде, чтобы мы не утонули. (Хотя на рыбалку отпускали спокойно. Вот, поле нее мы и того-с – пускались в заплыв).
А сколько раз мне лично, уже в зрелом возрасте, приходилось форсировать реки обнаженным, держа над головой рыболовный или охотничьей скарб? – миллион, не меньше. Или нырять за блеснами?.. Ну, не в трусах же. )))
Бывало, и лодкой воды зачерпывали, тогда приставали к берегу, разводили костер, сушили имущество, а сами расхаживали голыми, аки дикари.
Но никогда, ни у меня, ни у кого из моих друзей-приятелей-знакомых, не возникало даже тени мысли умышленно «выскочить» голыми на людей, а тем более – на влюбленную парочку.
)))
башкирка,
русская.
)))
А теперь тест №2. Только для Моники, хоть оно и сопротивляется:
Кто тут Ленин, а кто — татарин?
)))
Your text to link...
Но тут имеется другой нюанс: автор «Светлана Владимировна Чуйкова
г.Санкт-Петербург», которая «благодарит портал стихиру» за то, что ей «была предоставлена возможность в течении 4-х лет участвовать в поэтической жизни сайта», на поверку оказалась лепшим корешом того самого косоглазого алкоголика – мега-стукача Аурова-старшего, через которого Вшивая и липец делали свои темные дела – уничтожали неугодных.
Воистину, посмотри: кто чей «друг», и сразу поймешь: что можно ждать от человека.
)))
Пуканов — смешон.
Таких даже в КВН не берут.
Зато того, кто скрывается под пукановской маской можно отправить в зоопарк, Пусть он там, в клетке, вымещает свою злобу на людей.
)))
Рыбак, под плеск волны морской,
Шаладу, полную кефали,
Привет под парусом домой.
Шагнув на берег – чист и светел,
Он осадил биндюжью прыть,
Взглянул на гафель и заметил:
«Пора б ветрило заменить!
А то – сам Лермонтов смеется
И сочиняет всякий бред!
Но у меня – у флотоводца –
Об чем он пишет – в жизни нет».
)))
1.
…А яростного гада
Долой из Петрограда:
Пусть едет к своим крокодильчикам!
Он вскочил в аэроплан,
Полетел, как ураган,
И ни разу назад не оглядывался,
И домчался стрелой
До сторонки родной,
На которой написано: «Африка».
Чуковский, «Крокодил».
2.
Братья Жемчужные, Евгений Маслов «По Питеру ходила большая крокодила»:
Your text to link...
***
Непонятно: как бедняга –
Ленинградский крокодил
Оказался вдруг в столице,
Видно, выпил до хрена.
Потому что, всем известно:
В нашей доблестной Москве
И в ближайшем Подмосковье
Крокодилы не живут.
Их в совхозах разводили,
(Сам Чубайс благословил!).
Нифига не получилось –
Все подохли, кака дин.
То ли дело в Ленинграде –
Крокодилам хорошо:
Вдоль по Питерской гуляют
И никто их собьет.
)))
Цыган Чаплин тоже зажег по теме марша Чернецкого «Дни нашей жизни»:
)))